ПОЧЕМУ В РОССИИ НЕ СНИМАЮТ ХОРОШЕГО КИНО?

Погружаемся в перипетии общественных мнений и пытаемся понять, почему советское кино в России любят, а современное российское — ненавидят, и как с этим бороться.

photo_2021-04-14_10-44-39.jpg

У среднестатистического российского человека вместе с уважением к друзьям нашим медведям и устойчивостью к высокоградусному алкоголю с самых ранних лет проявляется ещё одна характерная черта — открытое пренебрежение ко всему, что порождает отечественный кинематограф. Шутки шутками, но один лишь брошенный взгляд на сетку комментариев под новостями о грядущих премьерах, трейлерами или рекламными публикациями в соцсетях заставляет ужаснуться —  среди смайликов с “пальцами вверх” и словами “ждём с нетерпением” обязательно появится один, два, а то и десяток не стесняющихся выражений людей, упорно повторяющих единственную мысль: очередной российский проходняк.

Откуда взялось такое открытое предосуждение в сторону отечественных кинокартин? Давайте разбираться.

Особенно пёстро выражается эта ненависть в сравнении с общественным мнением о советском кино. И если последнее превозносят, как икону, как эталон, как идеал, то первое в неизбежном противопоставлении обязательно встречается пуленепробиваемым “раньше было лучше”. Именно этот феномен и его первопричины мы предлагаем разобрать по полочкам.

Не в последнюю очередь играет роль возраст тех, кто высказывает свою ненависть к российским картинам. Часто это те люди, кто воспитывался на классике советского кинематографа, и на них вполне закономерно влияет известный “синдром утёнка” и самая обычная, присущая всем из нас ностальгия. Та любовь к простоте советского кино, к прослеживающейся из картины к картине структуре повествования, к родным статичным кадрам и не менее родным актёрам попросту не даёт по-настоящему насладиться чем-то новым.

Отсюда и молодые актёры, которые “абсолютно плоские и играть не умеют”, и насквозь прогнившее кино, хотя “раньше вот фильмы были добрые”, и “назови хотя бы трёх современных режиссёров, я подожду”.

Впрочем, последнее является проблемой не столь восприятия, сколько сложившейся ситуации. Это действительно происходит — стирание имён создателей до обезличенных названий или студий. Такова сама структура создания российского кино, в которой зритель, далёкий от изучения подноготных, вряд ли сумеет этих трёх режиссёров назвать.

IMG_8906.JPG

При упоминании советского кинематографа на ум сразу придут и Эльдар Рязанов, и Леонид Гайдай, и Игорь Масленников, и с десяток других фамилий — Тарковский, Данелия, Бондарчук... Это — продукт системы, где до экранов допускались лишь работы “проверенных авторов”, где неугодное пылилось на полках, где снять кино, чтобы его потом ещё и посмотрел кто-либо помимо злобного дяденьки цензора, было совершенно иное искусство.

В современных реалиях подобной цензуры не существует, и поэтому до проката в кинотеатрах доходят самые разные авторы самых разных видений. Именно поэтому кино перестало быть личным, с почерком, как под печатью качества именитого режиссёра. И, возможно, именно поэтому оно воспринимается, как ширпотребное “на один раз” ничто, а не как фундаментальная работа.

Это прослеживается и на примерах тех российских фильмов, которые в общественности принято считать достойными. Дилогия “Брат” неотрывно связана с фамилией Алексея Балабанова, фильмы Звягинцева потому и любят, что они — фильмы Звягинцева, а один из последних примеров — творчество Юрия Быкова — красноречиво доказывает, что от него ожидают работы исключительной планки качества, которую он сам себе поставил (а любые “шаг вправо, шаг влево” расцениваются едва ли не как предательство, вспомнить только бурный резонанс после выхода телесериала “Спящие”).

Возвращаясь к структуре российского кинопроизводства, нельзя не упомянуть и пресловутый Фонд Кино, как “чёрная метка”, преследующая и зрителя, и создателей. В российских реалиях практически невозможно получить бюджет на удобоваримое по современным меркам кино — с яркой картинкой, с дорогими декорациями, с отличными актёрами, не связываясь с Фондом Кино, а на это словосочетание у большинства российских зрителей едва ли не аллергия. Любой продукт, созданный на государственные деньги, клеймится “пропагандой” и забывается, как страшный сон, проекты косятся без разбора, а бедные авторские картины, снятые на частные деньги, до проката попросту часто не доходят, из-за чего и происходит перекос в сознании.

Зритель, попросту не зная о существовании малобюджетного кино, клеймит позором ААА-фильмы, замыкая порочный круг: при таком раскладе сил положение дел ни за что не изменится. Так и будут выделяться деньги из бюджета на неокупаемые фильмы, а авторские работы так и останутся соскребать ресурсы по сусекам, не имея никакого бюджета на пиар и рекламу.​

IMG_8907.JPG

К этим внутренним проблемам добавляется и пресловутая, танком гребущая под себя всё глобализация. Распиаренный голливудский фильм со всемирно известными актёрами смотрится гораздо выигрышнее любого местного кино, и это проблема далеко не России — та же ситуация с любым отечественным рынком в любой европейской стране. В то же время, к инди-фильмам французского или британского кинематографа отношение гораздо лучше, чем к российскому кино, а значит, внутренние проблемы перевешивают проблемы глобального рынка.

Как эту проблему решить? Да, впрочем, никак. Она потихоньку решается сама собой.

Люди нового поколения, уже не так впитавшие в себя советский дух кино, гораздо чаще отзываются о российском кино в позитивном ключе. Пусть и у современной молодёжи есть проблемы в виде популярных блогеров, транслирующих стигму “в России хорошего кино не снимают”, достаточно лишь взглянуть на зрительские оценки на тематических сайтах. Те фильмы, которые этого заслуживают, с почётом находятся в “зелёной зоне”, как бы сильно ни кричали медиа, что “раз российское — значит, не выше тройки”. 

Мы опустим здесь обсуждение дешёвых и отвратительных комедий уровня В, а также по-настоящему пропагандистских работ, добавим лишь, что их отпечаток всё же остаётся на всём кинематографе. Неверно экстраполируя опыт просмотра “Горько” или “Крымского моста”, отечественный зритель, встречая единомышленников, легко убеждается в том, что в России действительно не снимают хорошего кино.

И всё же — снимают. А главное — чаще, чем вы думаете.

Текст: Эйша